Руслан Бахтигареев: Изгиб гитары желтой...
Проза
17.01.2018
385
0.0

- Бакытсыздык Ашкозович, - раздался из селектора мелодичный голос секретарши, - к вам тут посетитель.
Бакытсыздык Ашкозович, которого за глаза и в глаза все называли Баке, устало откинулся в кресле. Шутка ли - десять встреч за полдня! А ведь он только пообедать собрался... Эх! Кого там нелегкая принесла. Баке выдвинул ящик стола и быстрым движением смахнул в него свой нехитрый обед - два бутерброда с красной и черной икрой и початую бутылочку Courvoisier L’Esprit Decanter. Коньяк этот ему подарили на первый юбилей - год в новом кресле. Конечно, надо было бы, если уж откровенно, сдать эту бутылку стоимостью 5 тысяч долларов в спецфонд, но он не стал. И не потому что жалко было. Просто Баке любил элитный алкоголь. Коньяк особенно. Courvoisier L’Esprit Decanter радовал вкусовые рецепторы могущественного бастыка ароматами кураги и цветов вот уже который день, снимая с усталых плеч всю тяжесть бытия.
- Кто? - спросил он, обводя свой стол внимательным цепким взглядом - не осталось ли чего компрометирующего . Вроде все чисто.
- Табыс Ашкаракович пришел. Пропустить? - голос секретарши очаровывал Баке своей мелодичностью. А как она поет под гитару! МММММ. Закачаешься! И под домбру тоже. Но под гитару было более завораживающе, поскольку фигура у секретарши напоминала изгиб гитары желтой, что обнимаешь нежно... МММММ. Так, стоп! Баке взял себя в руки. Табыс же пришел. Его же не встретишь сидя! Придется вставать для объятий. А как встанешь, если реакция на секретаршу пошла?
- Через 2 минуты пусть зайдет, - бросил он и отключил селектор.
Затем бастык покопался в бумагах на столе. О, то, что надо! Шапка на документе гласила "Законопроект по правилам соблюдения пожаробезопасности в лифтах общего пользования, установленных на объектах здравоохранения для социально-необеспеченных слоев населения, оставшихся без попечительства государства в результате собственного попустительства и слабой памяти, вызванной алкогольной интоксикацией вследствие чрезмерного употребления продукции, изготовленной с нарушениями санитарно-эпидемиологических норм и правил, утвержденных государственными стандартами в сфере общественного питания для социально-уязвимых слоев населения Министерством здравоохранения, культуры и спорта в соответствие с международной методологией, одобренной Всемирной организацией здравоохранения". Бакытсыздык Ашкозович пока прочитал название чуть не уснул, но зато каков эффект! Мысли о секретарше и ее изгибах (так, стоп!), как ветром сдуло.
В этот момент в дверь постучали. В кабинет вошел Табыс Ашкаракович и энергичной походкой, что было удивительно для его комплекции, направился к столу своего начальника.
- Калайсыз, Баке? Денсаулык, калай?
- Құдайға шүкір, - ответил Бакытсыздык Ашкозович, поднимаясь из-за стола. - Рад тебя видеть, Таке. Какими судьбами?
- Да вот, зашел проведать своего устаза, своего уважаемого агашку. Узнать как дела, что нового?
"Понятно, - подумал про себя Баке. - Значит уже поползли слухи, что я хочу реформировать его ведомство, вот и прискакал почву прощупать, да задницу полизать - на всякий пожарный. Ну а я что? Я ж не против! Если подчиненные хотят лизать, хороший шеф должен удовлетворить их потребность".
Вслух же он произнес совсем другое:
- Да новостей никаких нет. Пока главный по заграницам мотается, какие могут быть новости?
- Дурыс айтасыз! - засмеялся Табыс Ашкаракович. - Но лучше пусть не будет никаких новостей вообще, чем плохие новости.
- И то верно! - поддакнул Бакытсыздык Ашкозович.
Табыс Ашкаракович расплылся в самодовольной улыбке - не так часто шеф с ним соглашался. Авось, напугавшие его слухи - просто слухи. Не хотелось бы места лишаться сейчас, когда такой тендер на носу! Вот после тендера можно. Он даже сам готов уйти. Нет, не так! Он готов даже вообще уехать - подальше от всех этих Баке, Маке, Саке, Таке. Главное тендер провести. И тогда можно.
- Хотел выразить вам свое восхищение, Баке! - продолжил он с заискивающей улыбкой. - Ваш профессионализм, ваш креативный подход - это высший класс! Я смотрю, как вы работаете и прям чувствую, как мое сознание модернизируется - прям до кончиков мозга!
Баке покровительственно улыбнулся в ответ.
- Ой, да перестань. Какие твои годы? И потом, как там говорится - "Жақсы әке – жаман балаға қырық жылдық ризық". Вот на то я здесь и сижу.
Табыс Ашкаракович глупо улыбался и кивал головой. Он практически ничего не понял, но постеснялся попросить перевести ему поговорку.
- Дурыс айтасыз, Баке, - наконец нашелся он с ответом.
- А что вызвало твое восхищение?
- Ну как что? Талант ваш.
- Ну-ка, ну-ка?
- Ну я про то, как вы умеете внимание людей отвлекать, - зарделся Таке и как бы невзначай обронил: - Мне еще столькому у вас надо научиться... Не знаю, успею ли.
Баке наживку не проглотил и продолжал смотреть в упор на гостя.
- Да я все про торт никак забыть не могу! Высший класс! Перфект, фаталити, секс-бомб в одном флаконе! - поспешил закидать он шефа комплиментами.
- Секс-бомб? - не понял Баке.
- Кешириниз, оговорился. Просто бомб! Даст ист фантастиш! Хотел бы и я так уметь!
- Да уж. Как говорится, ертеңгісін есек те қайғырады.
-Дурыс айтасыз, Баке!
- Ты хоть понял, что я сказал?
- Конечно понял, я ж пословицы люблю очень. Наизусть их все знаю.
- Ну хорошо, так что там с тортом.
- Ну здорово вы это провернули. Одна рассылка и все! И про повышение тарифов никто ничего не говорит. Все только торт обсуждают! И ведь не в первый раз. То улицу переименуете, то еще что. И как всегда вовремя. Алтын бас, одним словом.
- Бәле – тілден!
- Вот! Я же говорю, что золотая у вас голова. Что ни слово - так мудрость вселенская. Вот просто респект вам и уважуха! Есьже!
- Табыс, ты это... - забудь уже все эти словечки! - Не в своем же совхозе. А в столице.Короче, базар фильтруй!
- Кешириниз, - потупился Табыс Ашкаракович. - Я когда сильно восхищаться начинаю, у меня проскальзывает. Но я над этим работаю.
- А над чем еще работаешь? Над тендером - я слышал?
Таке поперхнулся и побледнел. Глупо, конечно, было предполагать, что Баке об этом не узнает. Но он все же надеялся сам рассказать, точнее занести. Вот, мол, от чистого сердца – 20 процентов ваши. Там бы, конечно, 20 процентами и не пахло, но Баке об этом бы не узнал. А теперь, чувствуется, узнает.
- Тендер пока в проекте, - перешел он тут же на сухой официальный тон. Глаза сделались безжизненными и какими-то глупыми. – Сейчас готовим необходимую документацию, консультируемся со специалистами. Проект находится под моим личным контролем.
- Ну и? – Баке многозначительно посмотрел на Таке.
- Ну и… - по результатам тендера отчитаюсь более подробно, - последнее слово Таке выделил интонационно.
- Ну хорошо. Буду ждать. Надеюсь, ты валить не собрался?
- Что вы, ага. Куда я поеду? У меня денег нет даже в свой совхоз в отпуск съездить, – он выдержал театральную паузу, - и потом, куда мне ехать, если столькому у вас научиться надо! Баласы акесинин артынан келе жатыр.
Последнюю фразу Таке произнес буквально по слогам, да еще и с жутким акцентом. Сразу было видно, что долго учил, готовился, хотел произвести на шефа впечатление. И произвел. Хотя, что больше произвело впечатление – пословица или тендер – даже сам Баке не смог бы сказать.
- Ну ладно, можешь идти. Рахмет, что не забываешь.
Таке энергично потряс ему руку, а потом, расчувствовавшись, даже приобнял.
- Ну я пошел?
- Иди… И это. Еще… Насчет слухов там. Не обращай внимания. У тебя все хорошо. Ты главное не забывай, что Үндемеген үйдей пәледен құтылады.
- Конечно, Баке. Дурыс айтасыз, ага! Ну, мен кеттим тогда. Сау болыныз!
Баке дождался пока закроется дверь и нажал на кнопку селектора.
- Меня ни для кого нет, - приказал он.
Затем отключился и в предвкушении потянулся к ящику стола.
***
Все совпадения случайны, а любые параллели - бессмысленны, поскольку все вышеизложенное является исключительно выдуманными событиями в выдуманной стране ))


Теги:проза, таке, баке, тендеры, чиновники, абзац


Читайте также

Комментарии (0)

avatar