Зачем Китаю Шелковый пояс? - Политика - Позиция - Угол зрения - Будь V теме
Меню
Назад » » »

Зачем Китаю Шелковый пояс?

6 сентября исполнится 4 года с того момента, когда председатель Китайской Народной Республики (КНР) Си Цзиньпин выдвинул инициативу формирования «Экономического пояса Шелкового пути». Примечательно, что это эпохальное (по оценке китайских экспертов) событие случилось на казахстанской земле — в стенах Назарбаев университета в сентябре 2013 года. Позднее — уже в Индонезии — китайский лидер предложил построить Морской Шелковый путь XXI века. Обе эти инициативы затем были объединены в глобальный китайский проект «Один пояс — один путь», в котором Казахстану отводилась далеко не последняя роль. Что изменилось за эти 4 года и как продвигается реализация проекта «Один пояс — один путь»?

Десять тысяч ли по земле и воде

15 мая 2017 года в Пекине прошел двухдневный международный форум, где представители из более чем 130 стран мира обсудили проекты в рамках инициативы "Один пояс — один путь" (ОПОП).

Товарищ Си, на правах хозяина и автора этого проекта, в духе лучших купцов древности в выражениях не стеснялся, активно нахваливая «навязанный» всем пояс.

«Более двух тысяч лет назад наши предшественники, выполняя тяжелый труд первооткрывателей, пересекали на телегах степи и пустыни, прокладывали на суше Великий шелковый путь, соединивший Азию, Европу и Африку. Наши предки пускались в дальние плавания, преодолевали страшные валы и яростные волны, чтобы проложить Морской шелковый путь, соединивший Восток с Западом. Древний шелковый путь открыл новое окно дружественных связей между странами и написал новую главу в развитии человечества. Простиравшийся на десять тысяч ли и просуществовавший тысячи лет древний путь накопил в себе особый дух Шелкового пути, в основе которого лежат мир и сотрудничество, открытость и сотрудничество, взаимное обучение, взаимная выгода и всеобщий выигрыш. Дух Великого шелкового пути — это ценнейшее наследие человеческой цивилизации», - обратился Си Цзиньпин к участникам форума.

Поднебесный лидер много еще чего говорил. О том, что «рост мировой экономики требует новых движущих сил, развитие должно быть более инклюзивным и сбалансированным, а разрыв между богатыми и бедными должен быть сокращен». О том, что «строительство «Пояса и пути» предполагает не начало с чистого листа, а работу на основе сопряжения уже существующих стратегий и использования взаимодополняющих преимуществ». Ну и, конечно же, о том, какие колоссальные выводы таит в себе «Пояс» для всех, кто примерит его на себя… Он вновь напомнил, что Китай готов инвестировать в этот проект порядка 4 трлн долларов. И лишь об одном умолчал Си Цзиньпин — о том, что величие этого проекта пока что видно только в одном месте — на бумаге.

Великий казахский партнер

Как уже говорилось выше, Казахстану в построении одного пути отводится важная роль. Наша страна должна стать крупнейшим хабом на пути китайских товаров на Запад - в Европу и европейских товаров в обратном направлении.

Для того, чтобы помочь Казахстану стать этим хабом, Китай не жалеет средств. Так, за прошедшее время были подписаны многочисленные соглашения о партнерстве, открыты несколько десятков совместных предприятий. К примеру, в 2014 году в прибрежном городе Ляньюньган на Востоке Китая была введена в эксплуатацию китайско-казахстанская логистическая база, благодаря которой Казахстан получил выход к Тихому океану. В 2013 году из Китая через Казахстан в Европу прошло 77 железнодорожных рейсов, а с начала нынешнего года количество уже свыше 1200 грузовых рейсов из Китая в Европу прошло через Казахстан. Следует также отметить, что Казахстан намерен увеличить объемы грузопотоков по железной дороге Достык – Алашанькоу до 50 млн тонн в год.

Отметим также, что Пекин и Астана определили 51 ключевой проект, общая сумма которых достигает 27 млрд. долларов.

Более того, Казахстан разработал свою новую экономическую политику «Нурлы жол» (Светлый путь), которая была сопряжена с экономическим поясом Шелкового пути.

"Другие страны могут у нас учиться. Сегодня я могу сказать, что "Экономический пояс Шёлкового пути" уже работает – в этом году рост товарооборота между нашими странами составил 30%", – заявил президент Казахстана, выступая на майском форуме в Пекине.

Форум "Один пояс - один путь" в Пекине. Фото с сайта президента Кыргызстана

В июне 2017 года в рамках визита Си Цзиньпиня в Астану было подписано 12 соглашений, еще более 20 соглашений на сумму 8 млрд долларов были подписаны в ходе четвертого заседания Казахстанско-Китайского делового совета.

И по всей видимости, это не предел: поскольку нынешний год является юбилейным — 25 лет установления дипломатических отношений между Казахстаном и Китаем — до конца года ожидается подписание еще не одного десятка договоров.

«Китай подписал соглашение о сотрудничестве «Одного пояса и одного пути» с более чем 40 странами и международными организациями, вместе с тем развивает механизацию индустриально-инвестиционного сотрудничества с более чем 30 странами. В течение последних 2 лет, общий объем торговли Китая со странами вдоль «Одного пояса и одного пути» превысил 3 трлн. долларов США, общий объем инвестиций Китая составил более 50 млрд. долларов США. Китайские предприятия основали 56 зон торгово-экономического сотрудничества в более чем 20 странах, увеличили налоговые поступления в заинтересованных странах до 1,1 млрд. долларов США и создали 180 тысяч рабочих мест», - сообщил в мае генеральный консул Китая в Алматы Чжан Вэй.

Понятно, что большая часть от пирога китайских инвестиций достанется Казахстану, так что, казалось бы, надо только радоваться. Однако имеются сомнения, что все так хорошо и замечательно.

Заимствованная идея

В 2016 году во время командировки в Китай в составе большой делегации СМИ из страны бывшего СССР, нам удалось пообщаться со многими китайскими чиновниками, которые имеют непосредственное отношение к реализации проекта «Один пояс — один путь» (ОПОП).

Все они встречали нас с улыбками и традиционной китайской вежливостью. С очень честными глазами отвечали буквально на все наши вопросы, правда, в своих ответах опускали многие интересные детали.

Но был один вопрос, услышав который, китайские мандарины превращались в истуканов. А вопрос, между тем, был простым: правда ли, что идея «Одного пояса — одного пути» буквально слизана с американского проекта «Новый шелковый путь», основные положения которого были разработаны еще в начале 2000-х годов основателем американского Института Центральной Азии и Кавказа при университете Джона Хопкинса Фредериком Старром в концепции Большой Центральной Азии. Официально же стратегия «Нового Шелкового пути» (НШП) была впервые предложена общественности госсекретарем США Хиллари Клинтон в ее речи 20 июля 2011 г. в индийском Ченнае.

Пожалуй самой существенной разницей между американским НШП и китайским «Поясом» является то, что первый проходит не с востока на запад, а с севера на юг, минуя Китай. Ну и то, что Вашингтон, в отличие от Пекина, не горел желанием брать на себя все издержки по реализации этого проекта: часть финансирования должны были взять на себя союзные государства — Германия и Япония, а также ряд международных финансовых институтов.

Выгоды, которые получили бы США при реализации НШП вполне очевидны — усиление политического и экономического влияния в регионе путем получения определенных рычагов воздействия на правительства стран ,входящих в этот проект. Однако со временем, интерес США к Центральной Азии стал падать, а с приходом к власти Дональда Трампа и вовсе, можно сказать, сошел на нет. Да и, откровенно говоря, несмотря на лавры первооткрывателя нового Шелкового пути, США откровенно продули борьбу с Китаем за реализацию этого проекта. Причин этому множество. В том числе и то, что западные антироссийские санкции весьма ускорили сближение Москвы с Пекином, в следствие чего Кремль отдал предпочтение поддержке именно китайского проекта.

Между тем, повторимся, китайский проект «Пояса» мало чем отличается от американского НШП, а, значит, он в первую очередь преследует те же самые цели — усиление влияния в регионе, хорошо замаскированная экспансия и вывод Китая в передовые игроки на мировой арене.

Возвращаясь к командировке, упомянутой выше, хочу добавить, что к концу нашего визита переводчики строго-настрого запретили нам проводить любые аналогии между ОПОП и НШП, и уж тем более спрашивать об этом. Прямых угроз, конечно не было, но мы и так понимали, что нарушение данного правила будет чревато последствиями.

Переводчики мило улыбались...

Мягкое проникновение

Между тем, казахстанские политологи и китаеведы — не все, конечно, но большинство, весьма позитивно оценивают ОПОП.

А вот иностранные эксперты, напротив, не видят в китайских инициативах ничего хорошего.

«Отказ США от Транстихоокеанского партнерства и сомнения Вашингтона в полезности своих союзнических обязательств резко контрастируют с возросшей активностью Китая в регионе. Пекин стремится активно влиять на внешнюю экономическую среду и управлять ситуацией в сфере безопасности исходя из своего нового статуса и своих представлений о меняющейся глобальной структуре управления. Особенно это касается соседей Китая в Юго-Восточной и Средней Азии: там Пекин стремится выстроить торговые и геополитические модели в соответствии со своими интересами», - говорит по этому поводу вице-президент американского фонда Карнеги за международный мир Дуглас Паал.

«У «Пояса и пути» нет критериев оценки успешности. В 2013 году Си сформулировал лишь пять широких направлений: политическое взаимодействие, укрепление транспортной связанности, упрощение условий торговли, укрепление финансовых связей, а также развитие контактов между людьми. Но никаких целевых ориентиров, сколько именно новых дорог будет построено или новых кредитов выдано, Китай так и не объявил, хотя реализацию Шелкового пути курирует Госкомитет по реформам и развитию – бывший Госплан, помешанный на конкретных цифрах. На вопросы хоть о каких-то KPI китайские плановики разводят руками: мол, Шелковый путь охватывает слишком много стран и сопряжен со слишком большим количеством неподвластных Пекину факторов», - в свою очередь отмечает руководитель программы «Россия в Азиатско-Тихоокеанcком регионе» Александр Габуев.

И это действительно так.

«Вдоль Экономического пояса Шелкового пути расположены почти все страны Евразийского континента. Там различные правовые системы, разные стандарты, различные экономические характеристики, что создает проблемы для строительства экономического пояса Шелкового пути», - в одном из интервью российским СМИ заявил научный сотрудник Китайской академии современных международных отношений, политолог Чен Юй.

При этом он с сожалением признал, что ряд стран Евразийского континента опасается Экономического пояса Шелкового пути, так как думает, что это «не что иное, как геополитическая экспансия Китая. Поэтому они отказались участвовать или даже препятствовали строительству этого пояса».

Между тем, по мнению казахстанского политолога Ислама Кураева, геополитические и экономические выгоды от ОПОП выглядят весьма сомнительно.

Ислам Кураев. Фото из соцсетей

- ОПОП - это попытка экспортировать свой инфраструктурный пузырь в другие страны. При этом, я думаю, китайское правительство по сей день не видит пути его реализации в планетарном масштабе, - отметил Кураев в интервью нашему корреспонденту. - На наш же счет все уже давно понятно: еще в 2015 году стали проглядывать истинные намерения КНР - Пекин хотел арендовать на долгосрочной основе казахстанские земли, но идея потерпела полное фиаско, поскольку казахстанская общественность выступила категорически против этой инициативы. Чтобы поднять просевший после земельных митингов имидж, китайская сторона стала активно инвестировать средства в дорожную инфраструктуру Казахстана, создавая тем самым видимость того, что наша страна имеет для них большое значение в логистическом плане. Но если посмотреть экономическую составляющую, то с 2015 года процент экспорт казахстанских товаров в Китай значительно снизился, это также касается сырья и цветных металлов, при этом импортировать в нашу республику стали намного больше. Сегодня же для реанимации нашей экономики ожидают запуск проектов «Западная Европа – Западный Китай" и СЭЗ "Хоргос -Восточные Ворота». Но фактически это увеличит зависимость Казахстана от Китая, который в свою очередь не скрывает своего желания экономической экспансии. Так как в перспективе для КНР, мы являемся базой, куда можно вывести свои заводы, для снижения загрязнения своей страны и увеличения производительной мощи.

Будь в Теме. Фото Руслана Бахтигареева

Никто не решился оставить свой комментарий.
Будь-те первым, поделитесь мнением с остальными.

avatar