Алексей Бендзь: Я не сноб, я — мечтатель - Личный гость - Тет-а-тет - Угол зрения - Будь V теме
Меню
Назад » » »

Алексей Бендзь: Я не сноб, я — мечтатель

Нидерланды. Июль 2017 г. Фото с Facebook

Новая рубрика "Личный гость" портала «Будь в Теме» пришлась по вкусу нашим читателям. Более того, "Личный гость" понравилась и многим казахстанским селебрити. Некоторые из них легко согласились на предложение стать членом этого клуба. Но, поскольку знаменитости общественным вниманием не обделены и их интервью выходят буквально каждую неделю, редакция портала «Будь в Теме» решила немного повременить с казахстанскими звездами. Ведь в нашей стране есть большое количество интересных и знаменитых людей, которые, скажем так, менее публичны. Вторым гостем рубрики стал снова известный в Казахстане пиарщик - Алексей Бендзь.

Справка VT:

Бендзь Алексей - Директор по корпоративным коммуникациям Beeline Казахстан. Родился 2 октября 1979 года в Томской области (Россия). В 2000 году окончил Казахский Национальный Университет, факультет Философии и политологии. Свой трудовой путь начинал в компании Interteach. Затем работал в компаниях Resmi Group, Deloitte, AES в Казахстане и Tele2 Казахстан. В июне 2013 года Алексей Бендзь пришел в Beeline Казахстан. Является соавтором учебника «Практическая журналистика в Казахстане». Женат. У Алексея два сына и дочь. Самое страстное увлечение — музыка. Солист группы «Доллар 312».

Честно говоря, я не особо рассчитывал, что мне удастся записать интервью с Алексеем так скоро. Он — человек весьма занятой. И, пожалуй, единственное место, где он проводит больше всего времени, является самолет. Полеты из Астаны в Алматы и обратно - для Бендзя такое же привычное дело, как для нас поездки на работу. Поэтому, когда Леша позвонил и назначил встречу, я очень сильно удивился…

Бородатое начало

VT: Интервью с первым героем рубрики «Личный гость» Юрием Дороховым мы начали с его бороды. Ты тоже бородатый, хотя таким был не всегда. Мне вот кажется, что пиарщики в Казахстане делятся на три вида: бородатые, лысые и женщины. Тебе борода для чего?

- Я как женился, жена провела надо мной большую работу – воспитательную в том числе. И я начал потихоньку работать над своей бородой. Сначала это была эспаньолка, затем она принимала разные формы, а сейчас у нее такой вот формат.

Фото с Facebook

До 25 лет я ходил без бороды. И как-то мы сидели с моим товарищем Игорем Переверзевым у нас дома, и пили коньяк. Игорь всегда был патлат. Хипповый парень. Литератор из Москвы. Звезда журналистики и прочее. Он никогда не парился насчет своего внешнего вида. А тут он пришел к нам в гости, одетый с иголочки, подстриженный, стильный – все дела. Я, конечно, удивился, но виду не подал. Узнал, что он завел отношения с женщиной, которая впоследствии стала его женой. И она тоже начала работать с его внешним видом. Сидим, значит, выпиваем. Уже закончилась вторая бутылка коньяка и мне пришла в голову гениальная идея. Говорю ему:

- Ты, конечно, радикален в своих пристрастиях и поступках. Но твой внешний вид – это полумера.

- А какая мера?

- Мера – постричься налысо.

Он, недолго думая, согласился. Мы пошли в ванную комнату, где я торжественно обрил его налысо. Затем мы вернулись к коньяку. И он мне потом говорит:

- Дружище, а не кажется ли тебе, что мы сейчас не совсем на равных позиция?

- Что ты имеешь в виду?

- Я сижу лысый, а ты – с прекрасной прической, меня побрил, а сам не хочешь!

Фото с Facebook

Я посчитал его замечание резонным, и мы снова прошли в ванную комнату, и он меня обрил. Причем, я сразу же сбрил бороду и усы - и стал похож на бильярдный шар. Потом мы пошли спать. Самое интересное было утром, когда проснулась моя супруга и обнаружила рядом с собой какого-то лысого мужика, чем-то напоминающего ее мужа. Она сначала испугалась, но потом разглядела, что это я и успокоилась. Затем она прошла в комнату, где спал Игорь, и увидела другого лысого мужика. И когда мы проснулись и пошли завтракать, она ни словом, ни жестом не выдала удивления или негодования. И скажу тебе: я посмотрел на себя лысого и без бороды и решил отрастить ее заново. И теперь она меняет форму, длину, но она теперь со мной всегда.

VT: Трансформация твоей бороды зависит от твоих предпочтений или все-таки жена определяет длину и форму твоей растительности на лице?

- Если бы не моя жена – я бы сейчас выглядел иначе. Я очень благодарен Ирине за тот труд ежедневный, который она проводит, чтобы я выглядел более презентабельно. Но ее вкусы совпадают с моими.

Алексей с супругой Ириной. Гаага. 2017 г. Фото с Facebook

VT: То есть жена диктует моду, но это не идет вразрез с твоими предпочтениями?

- Ты знаешь, мы научились миксовать. Есть тематика, которая нравится мне, а есть та, которая нравится ей. И мы стараемся находить правильные миксы. И она, например, частенько подбирает одежду под мой стиль, хотя раньше ей это не особо нравилось.

А фамилия моя слишком известна…

VT: Ты родился в Томске. А как твоя семья попала в Казахстан?

- В Казахстан попал мой дед: в 1928 году его семью депортировали в Казахстан из Белоруссии за то, что у деда была свинья. Его из-за этого посчитали кулаком и депортировали. Правда, дед умудрился приехать в Казахстан через Москву, где успел получить высшее образование. Так что я, можно сказать, коренной алматинец – в третьем поколении. Но родился я, действительно, в Томске, где мои родители работали по распределению после института. Когда мне было два года, родители вернулись в Алматы. И здесь я жил до переезда в Астану. Так что факт моего рождения в России – это просто строчка в метриках, как и то, что я белорус по национальности.

VT: В одном из интервью ты рассказал, что, когда ты закончил школу, твой отец пытался тебя пристроить в подмастерья к учителю труда. Но ты вместо этого поступил на факультет социологии. И твой отец, который поначалу не одобрял этого поступка, впоследствии стал тобой гордиться. Между тем, сегодня Алексей Бендзь и Татьяна Бендзь – это, без ложной скромности, два наиболее известных PR-специалиста в Казахстане. А теперь вопрос: твой выбор профессии обусловлен стечением обстоятельств или же все-таки влиянием твоей сестры?

- Давай начну с первой части вопроса. На самом деле первый мой опыт работы в 7-8 классе. Мы с пацанами стояли вдоль дороги и за копейки вытирали тряпками стекла проезжающих машин. Потом нам пришла в голову идея: зачем горбатиться здесь за копейки, если у нас есть прекрасная стоянка прям под окнами дома. И мы договорились со стоянщиком о том, что будем мыть машины на стоянке. Потихоньку наш бизнес пошел, но мы продолжали параллельно протирать стекла машин на дорогах. Потом мы подумали: зачем нам бегать за клиентом, пусть лучше он бегает за нами. И мы открыли стационарную точку на Чапаева между Шевченко и Абая. Взяли четыре ведра, тряпок, договорились насчет воды. Поставили два железных щита, на которых написали «Мойка» и нарисовали стрелки. И стали мыть машины. И клиент пошел. Было так круто. Это были достаточно тяжелые годы – начало 90-х, первые годы Независимости, когда была гиперинфляция, повальная безработица. И в те годы я, будучи восьмиклассником (я это хорошо запомнил), заработал за лето больше, чем оба моих родителей вместе взятых. Единственное, чем мне пришлось пожертвовать ради этого – карьера шахматиста. Я занимался тогда профессионально шахматами и у меня, как говорится, сильно перла масть. Я выигрывал всевозможные турниры, и шел уверенно к тому, чтобы добиться на этом поприще успеха. А потом я стал мыть машины и потерял темп. И когда через три месяца я вернулся в секцию, те ребята, которых я разделывал под орех, стали выигрывать у меня. Это очень сильно ударило по моей самооценке, поэтому эксперимент с шахматами я закончил. Тем не менее, мойка была классным опытом работы, которым я до сих пор горжусь.

Алексей и Татьяна Бендзь. Фото с Facebook

Что касается выбора профессии и Татьяны... Честно говоря, когда я шел поступать в институт, тогда только внедряли платное обучение наравне с бесплатным. И я, зная реальное положение дел, не мог рассчитывать на платное обучение. Кроме того, я понимал, что не стоит соваться на бесплатное обучение на те специальности, где будет большой конкурс на одно место. К примеру, на маркетолога в КазГУ я не пройду, потому что там 100 человек на место . Но на социолога, где 20 человек на место, я смогу пройти. Мои расчеты оказались верны. Я поступил без проблем, рассчитывая потом перевестись на экономический факультет. Но на втором курсе нашу специальность прикрепили к факультету «Философия и политология», а потому я не стал никуда переводиться. Я рад, что судьба сложилась именно так, и что студенческий опыт я получал с теми ребятами, кто учился со мной на факультете.

VT: Значит ты философ-политолог?

- Философ-политолог-социолог. Самое интересное то, что вуз стал для меня местом расширения моего мировоззрения. Я не могу сказать, что я был прилежным студентом. Те предметы, которые мне нравились, чаще всего не нравились всем остальным, потому что их нельзя было развести. У меня были хорошие оценки, но я никогда не сидел, не зубрил, не написал сам ни одного реферата...

На первом курсе как мне помогла в первый раз Татьяна? Это, кстати, был еще и один из первых моих бизнес-опытов.

Нам дали задание написать реферат. Делать мне этого не хотелось, а хотелось потусить с друзьями в парке. В то время Татьяна работала выпускающим редактором на «Хабаре». У нее был свой кабинет, огороженный стеклом, так называемый аквариум. Там у нее стоял компьютер, подключенный к интернету и был принтер. А тогда это была большая редкость, не как сейчас. А у нее все это было и причем лучшего на тот момент качества. Я в редакции «Хабара», как брат Татьяны, был своим человеком. Зашел к ней. Надергал с интернета различных данных и скомпилировал себе рефератик, титульную страницу. Привез в институт в лучшем виде. А потом увидел, что отсутствие реферата породило большую проблему у ряда моих знакомых. И во мне тут же включилась коммерческая жилка:

А что, друзья, вам нужен реферат? Могу помочь! За 300 тенге.

И сразу же посыпались заказы. И в конце первого семестра с какого-то другого курса и факультета ко мне пришли ребята, и на целый поток заказали курсовые. Я работал не покладая рук целую неделю. Сидел дотемна с красными глазами, но все-таки сделал 30 уникальных курсовых на разные темы. Кстати, я никогда не занимался копипастом. Все тексты всегда обрабатывал и переписывал. Я мог, конечно, зацепиться за эту тему и построить на ней бизнес, но переключился на другие цели, оставив эту тему на растерзание другим.

Алексей и Татьяна Бендзь. Фото с Facebook

Что касается PR… Я по наитию написал диплом по теме управления общественным сознанием на примерах рекламы. А две мои одногруппницы написали дипломы по теме PR. И, положа руку на сердце, я только тогда впервые услышал это слово – PR. И оно меня жутко заинтриговало. Я начал потихоньку узнавать, что это такое. Однако на первом месте работы я не был пиарщиком в чистом виде. В компании Interteach я был на все руки мастер: занимался и рекламой, и дизайном, и размещением, и полиграфией, и PR-ом в том числе, и кучей других дел. Я освоил Photoshop, CorelDRAW и массу других программ, что до сих пор мне очень помогает в жизни. Научился работать с разными подрядчиками. Одним словом, на первой работе я был простым солдатом, пехотинцем и это оказался очень ценный опыт. Поэтому, в следующую компанию – «Династию» (компания по страхованию жизни - VT) - я пришел уже как пиарщик. Пока работал в Interteach, я посмотрел на работу маркетологов, продажников, дизайнеров, айтишников и пиарщиков. И понял, что всех перечисленных до пиарщиков – много. А пиарщик…

Я уверен, что даже сегодня мало, кто понимает до последнего, чем на самом деле занимается пиарщик.

А тогда вокруг этой профессии был эдакий флер таинственности: какие-то люди, непонятно что мутят… И в «Династии» мне попался вдумчивый руководитель, который был математиком по образованию, человеком широкого мировоззрения. И он подошел к пиару очень осознанно, хотя и не понимал всех его нюансов. Но он следил за трендами в страховых компаниях мира, видел, что они делают, и поэтому тоже решил завести пиарщика. И мы с ним вместе, по сути, стали делать первые шаги осознанного пиара. Мы знали, о чем хотим рассказать. У нас был инструмент - СМИ (соцсетей тогда не было). И понимали, как это можно сделать. И вот тут мне очень помогла моя фамилия.

То есть я пришел на поле, где фамилия Бендзь была уже хорошо известна. Бендзь – это был бренд.

Татьяна, как журналист, очень хорошо прокачала нашу фамилию. Я помню: было одно из первых мероприятий, мы позвали журналистов. И туда пришел один из маститых журналистов, у которого была репутация – «на хромой козе не подъедешь». И все очень сильно удивились, когда он пришел, потому что понимали: он не будет об этом писать, потому что не его полета рыба! И тут в разгар мероприятия он сам ко мне подходит:

- Бендзь?

- Бендзь!

- Муж?

- Брат!

- Брат!!!

Он настолько радостно произнес «брат», что меня это очень окрылило. Но еще больше меня окрылил результат по тому эвенту. Руководитель надзорного органа, а на тот момент им был Григорий Марченко, прокомментировал на одном из своих брифингов наш информационный повод. Тогда мой CEO пришел ко мне и пожал руку, поблагодарив за работу. Это было очень круто. В таких творческих профессиях как пиарщик, такой сильный успех в самом начале – он очень важен, поскольку дает стимул и реактивную тягу на дальнейшие высокие результаты.

VT: Но и риски при этом были большие. В первую очередь – репутационные: любой неверный шаг и вся работа на имидж фамилии, проделанная Татьяной, пошла бы насмарку…

- Это так. Как говорил один мой работодатель: репутацию строишь всю жизнь, а теряешь за 5 минут. Поэтому в этом плане надо быть очень осторожным. Особенно с учетом сегодняшних реалий – тех же соцсетей, к примеру. Я сейчас скажу, как PR-директор Beeline Казахстан: я стараюсь контролировать всю общественную сторону своей жизни. Если ты посмотришь на мою страницу в Facebook, то увидишь – это образцово-показательная страница. Но когда я только пришел в Beeline она не была таковой: я состоял в различных группах.

Их было где-то около трехсот – экстремистского, противоправного, религиозного толка и т.д. Не подумай, что я вступал в них добровольно и осознанно.

Нет, меня тупо добавляли без моего ведома. Я от всего этого избавился и, как будто, снял с себя лишнюю кожу…

Татьяна Бендзь. Фото с Facebook

VT: Так кто кого сделал пиарщиком: ты - Татьяну или Татьяна – тебя?

- Наверное, пиарщиком Татьяну сделал я. Сначала она, будучи журналистом, меня сделала пиарщиком, а потом я сделал пиарщицу из нее. Помимо того, что мы брат и сестра, у нас прекрасные отношения и есть куча общих интересов, у нас с ней был опыт совместной работы. И этот опыт произвел на меня колоссальное впечатление – я в восторге от своей сестры, как от PR-специалиста.

У нее недаром волосы красного цвета. Татьяна – огонь! Она брандспойт, бьющий напалмом. И если с этим пламенем правильно работать, знать куда его направлять, то эффект будет просто восхитительным.

Когда устраивался в Beeline, там был очень большой конкурс. И честно признаюсь: я был на втором месте, потому что на первом была Таня.

Первый блин - телекомом

VT: У тебя огромный и успешный опыт работы во многих компаниях. Но есть и, мягко говоря, обратный пример – Tele2. В эту компанию ты пришел в июне 2012 года, а ушел из нее в октябре. То есть, фактически, ты проработал на черно-белых меньше пяти месяцев. Тебя ушли или ты ушел?

- Когда меня спрашивают про Tele2, я говорю, что это был худший опыт работы в моей жизни. Как-то получилось странно. Я работал в компании AES директором по коммуникациям. Я не был без работы, ни в чем не нуждался. Но мне хотелось какой-то динамики, драйва, потому что на тот момент в компании все было налажено, все идеально работало, все процессы были настроены, и я откровенно скучал. И тогда мне поступило предложение от Tele2. Я подумал, что это отличная возможность.

Я пришел в компанию, но как потом выяснилось – я подсидел человека, который претендовал на эту позицию. И, может по этой или по каким другим причинам, я не получил должной поддержки от коллектива.

У меня был депрессивный период - я приходил на работу, брал чашку кофе, сигарету, выходил на балкон, курил, смотрел с тоской вдаль и думал: какого хрена я здесь делаю?!

Мне было крайне не комфортно, но написать заявление и уйти я не мог, потому что у меня была определенная ответственность перед семьей, которую надо было содержать. Я, как кормилец, не мог позволить себе сделать такой шаг. Но прошло несколько месяцев и мы к обоюдному удовлетворению расстались. Я не буду рассказывать никаких драматических историй, потому что их не было. Но могу сказать, что тогда у меня появились сомнения: может быть у меня душа не лежит к телекому? Тема телекома – она довольно сложная, поскольку в ней есть огромное количество своей специфики – технологической, операционной, маркетинговой и т.д. А в Tele2 я пришел совершенно из другой сферы. У меня был бэкграунд в пиаре, но не было бэкграунда в телекоме. Я о нем знал на уровне обычного пользователя. И мне пришлось в очень короткий период постигать основы самому, поскольку, как я говорил в самом начале, я не получил поддержки от коллектива: никто не сел со мной и не рассказал, что вот это означает то-то, а вот это – то-то. И если у тебя есть какие-то вопросы, то вот эти люди могут тебе помочь. Никто этого не сделал. И в итоге получилась такая история: я уволился из Tele2, был очень расстроен и подавлен. Но потом отдохнул, поучаствовал в нескольких других проектах, пришел в себя.

И когда мне позвонили из Beeline с предложением принять участие в конкурсе, я подумал, что для Beeline являюсь идеальным специалистом,

потому что на тот момент у меня уже был бэкграунд и в пиаре, и в телекоме. И я попробовал. Был очень сложный конкурс, было много желающих попасть на это место. Но, тем не менее, я его прошел. Работаю в Beeline уже пятый год и счастлив.

VT: Ты доволен тем, что ты делаешь для Beeline?

- Почему мне вообще интересно работать в телекоме? Когда я работал в Deloitte, мне удалось сделать большую историю, которая стрельнула на всю страну (Алексей говорит об игре «Биржа» - VT). потом, когда я работал в AES –это была очень интересная работа, такой challenge, которым я до сих пор горжусь (и до сих пор со многими людьми из AES я в отличных отношениях). Но там компания работала в регионе – в Восточно-Казахстанской области. Я попробовал влиять на ситуацию в рамках региона. Но моим амбициям этого было мало. Мне хотелось влиять на всю страну. И потом после Tele2 я попал в Beeline. И получилось, что моя мечта сбылась. Мы работаем со всей страной, я уже побывал практически во всех уголках Казахстана.

- VT: А как один из руководителей Beeline Алексей Бендзь оценил бы работу сотрудника Beeline Алексея Бендзь?

- Я бы не поставил отлично, поскольку мой внутренний перфекционист и мои внешние перфекционисты, которые в курсе темы, они не дадут этого сделать. Всегда есть идеи какие-то, которые приходят после – как можно было бы сделать лучше. Однако, если посмотреть на тот объем работы и на ту репутацию, которая появилась у компании от моего прихода и до сегодняшнего дня, я могу сказать, что твердая хорошая четверка у меня есть. Пятерку ставить бы не стал, потому что, глядя на последние четыре с половиной года, я бы многие вещи сделал иначе. Тем не менее, компания на плаву, компанию хорошо знают и ассоциируют. У нас лучший NPS - Net Promoter Scores (это Индекс потребительской лояльности - VT). Мы растем, развиваемся, у нас отличный коллектив - просто шикарный, у которого колоссальный потенциал и замечательный корпоративный дух. Я с удовольствием прихожу на работу…

VT: Усталости от того, что ты делаешь, еще нет?

- Я думал об этом. Раньше мой опыт работы занимал три года – от одной точки до другой. А здесь я уже пятый год. Но тот драйв, который есть у нас, он отличается от любой другой организации. Количество информационных поводов, пресс-релизов, различных событий – у нас в разы больше, чем даже у самого продвинутого банка. И если раньше меня это заводило, то сейчас для меня это рутина – нормальное положение дел, когда мы выпускаем четыре релиза в месяц, раз в две недели мероприятие проводим, выпускаем по полторы-две тысячи статей в год. Но я постоянно думаю: что же мне так нравится в телекоме, в Beeline? Почему я, несмотря на рутину, до сих пор получаю кайф от работы? Все дело в том, что сам телеком – это жутко интересно. Он находится на острие прогресса и является неким Прометеем, который несет этот прогресс в жизнь. Развиваются 3G и 4G, мобильные финансы, мобильные банки, барахолки, диджитализация окружающего пространства, трекеры на машинах, телемедицина – каждую сферу можно диджитализировать вдоль и поперек! Но там еще и конь не валялся! То, что у нас есть E-Gov - это только 1% потребностей в диджитал, которые можно покрыть. Это еще только зародыш, который делает первые робкие движения. Через 10 лет это будет та вещь, без которой ты просто не сможешь представить жизнь. Наши дети будут думать, что все так и было. Мир будет другим – настолько, что нам придется приложить немало усилий, чтобы следить за этим и быть на острие прогресса. Так вот, почему я остаюсь в телекоме? Меня, во-первых, очень драйвит диджитализировать окружающую среду, плюс – у нас просто интересно. Есть куча разных тем. К примеру, искусственный интеллект. Если мы спросим ребят за соседним столиком, что такое искусственный интеллект, они ответят «Сири» или что-нибудь из научной фантастики. А я тебе скажу, что наш робот Дана постоянно развивается, мы его прошиваем блоками искусственного интеллекта. И через год-другой человек, позвонивший к нам в колл-центр и говорящий с роботом Данной, фактически не сможет отличить ее от человека.

Робот Дана. Фото с Facebook

Или другой пример – Big Data. Все о ней слышали, но никто не знает, что это. Осенью мы запускаем платформу DMP (data management platform), которая будет практически одной из самых передовых разработок в мире.

Справка VT:

Согласно прогнозам американского агентства Wikibon, к 2020 году объем индустрии больших данных (big data) вырастет до $61 млрд, в 2026 году — до $85 млрд. Каждый год этот рынок прибавляет примерно на 17%.

Поэтому мне нескучно в телекоме. Я целиком и полностью в него вовлечен, и то, что я делаю, соответствует моим ценностям, поскольку я вижу, что могу быть полезен и достичь какого-то результата, и этот результат можно тут же пощупать.

VT: Твоим амбициям на текущий момент достаточно Казахстана? Или уже есть планы по выходу на другой уровень?

- Я не сжигаю никаких мостов и не ставлю никаких барьеров. Я открыт предложениям. Однако… Я глубоко уверен, что мы сами формируем наше бытие. Я на своем собственном опыте испытал эту формулу. Когда я работал в Deloitte - после того, как я успешно запустил «Биржу», после того как я прекрасно отработал два года и стал душой компаний – я подошел к боссу и попросил увеличить мне зарплату. На что он мне сказал: у нас маркетинг - пять человек, а в Москве – 100 человек. Вот пусть Москва повышает, а у нас уже все – расти некуда. Эти слова меня мотивировали на поиски новой работы. И тогда я задал себе вопрос: кем хочу быть? Ответ был такой: я не хочу быть просто пиарщиком, а хочу быть PR-директором. И волшебным образом, буквально через месяц, меня пригласили в компанию AES на эту должность. Сейчас я пытаюсь сформулировать в голове какой-то следующий образ, но пока он туманен. Я думаю, что пойти куда-то на аналогичную должность в другую компанию – к примеру, в банк – может быть и интересно, но, на мой взгляд, это будет downgrade. Это примерно то же самое, что сесть после ракеты в Mercedes.

Я не сноб и никогда им не был

VT: Представь, что ты получаешь три предложения о работе: одно - от казахстанской компании, занимающейся каким-то совершенно новым бизнесом; второе – перейти в офис Beeline в России на руководящую должность; третье – переехать за рубеж и заниматься там каким-то бизнесом. Что ты выберешь?

- У меня нет цели уехать из страны. Почему? Может быть потому что я еще не столкнулся со всей этой историей, связанной с образованием, поскольку мой старший ребенок идет в школу только в этом году… Тем не менее, отвечая на вопрос, скажу: я бы выбрал работу за рубежом, если там будут адекватные условия.

VT: Я впервые тебя увидел, когда ты работал в Resmi Group. Если не ошибаюсь – это был 2004-й год. Ты стоял на крыльце, курил в компании сотрудников. Нас познакомили. И ты мне показался ужасным снобом с переизбытком понтов. Когда судьба нас с тобой столкнула вновь, ты уже работал в Beeline. И предо мной был совершенно другой человек. Куда делся твой снобизм?

- Я не думаю, что это был снобизм. Я всегда испытывал и испытывают дружелюбие к людям. Причины же такого моего поведения тогда могли быть самые разные. Может тебе показалось, а может ты попал в тот момент, когда в моей карьере был весьма сложный период. Мне было крайне некомфортно работать с моим непосредственным руководителем. У него был весьма своеобразный стиль менеджмента. Я не могу назвать это худшим опытом работы в моей жизни, но, безусловно, это был один из сложнейших периодов. Прошло уже 12 лет, но я до сих пор прекрасно помню многие события, которые тогда происходили. Может быть, это как раз и наложило на меня такой отпечаток… Если я тебе или кому-то другому когда-нибудь показался снобом, то приношу свои искренние извинения, потому что им я никогда не был.

Каждый концерт - это маленькая смерть. Фото с Facebook

VT: Ты знаешь большое количество людей в Казахстане и за его пределами, но еще большее количество людей знает тебя. Но при этом ты – человек непубличный. В интернете можно найти пару-тройку твоих небольших интервью, но они, как правило, связаны исключительно с твоей работой, но не личной жизнью. Ты такой скромный? Или же это одно из проявлений работы над общественной стороной своей жизни?

- У меня есть своя группа музыкальная. Мы время от времени выступаем — с разной степенью успешности.

Однажды, после одного из выступлений, мой шеф сказал: «Слушай, я не понимаю, что ты делаешь в Beelnine». Я очень сильно напрягся, поскольку до этого момент все было хорошо. А он мне отвечает: «Это было очень круто и я видел, что там — на сцене — ты настоящий». И он посоветовал мне подумать, что для меня важно.

Я теоретически готов включиться в эту историю. Я с удовольствием бы приходил с ребятами с утра в студию, и занимался целый день музыкой: писали бы песни, готовились бы к концертам. Мне бы это дико нравилось. Но музыка — это полноценная, профессиональная работа, которой нужно заниматься с утра до вечера, чтобы получить какой-то результат. Но, так как на мне есть определенная ответственность в виде моей семьи, мне тяжело пойти на такие риски. Я не могу дауншифтиться из успешного PR-директора в музыканта, не зная наверняка — стрельнет это или нет? Я не хочу играть в кабаке, получая за вечер 30 тысяч тенге на всю группу из семи человек. А ведь каждое выступление — это катарсис, это маленькая смерть. Ты рождаешься и умираешь на сцене — иначе у тебя ничего не получится. Но каждый раз так отдаваться за 30 тысяч тенге я не могу.

VT: То есть, единственное, что тебя останавливает — это страх?

Не страх, а отсутствие прагматичного подхода. Моя задача — гармонизировать свою жизнь так, чтобы моя семья была счастлива, чтобы я был счастлив и чтобы окружающие меня люди тоже были счастливы. Сейчас мне это удается совмещать — и семью, и работу, и творчество, и друзей.

С супругой. Фото с Facebook

VT: У тебя трое детей — два сына и дочь. Ты уделяешь много времени работе, творчеству, друзьям. Не обделяешь ли ты своим вниманием семью?

- Моя жена — боец. Но, тем не менее, мы научились друг с другом договариваться. Я думаю, что залог крепкой семьи — это в первую очередь умение договариваться. У нас в семье есть один день в неделю, который мы проводим вместе — это воскресенье. У нас есть день только для папы с мамой — это суббота. Когда я прихожу домой, меня встречает весь мой детский сад смехом, криками, плачем, какими-то своими историями, что произошли с ними за день. И я просто ныряю в это море эмоций, и отключаюсь от всего. Ты знаешь, что моему младшему сыну Сереже сейчас годик. Мы договорились с женой о разделении обязанностей: по очереди укладываем его спать, по очереди кормим по ночам. И мы строго соблюдаем эту договоренность. Но если мне надо куда-то отлучиться, к примеру, в командировку или с друзьями пойти в бар, я заранее делаю какие-то вещи, чтобы разгрузить супругу. Это простая, но эффективная математика. Должна быть гармония, должно быть равновесие.

Не должно быть такой ситуации, что один инвестирует в семью энергию и все силы, а другой — просто кинул денег и считает свой долг выполненным.

VT: Ты дал уже себе оценку как сотруднику Beeline, а как бы ты оценил Алексея Бендзя — мужа и отца?

- Я люблю свою семью. Там, где моя семья — там мой дом. Неважно какой город, важно — где моя семья и дети. Я закоренелый семьянин, глубоко погруженный во все семейные ценности. С Ириной мы женаты уже 12 лет. Я не могу загадывать наперед, но я смотрю на своих друзей — другие семейные пары и понимаю, что

несмотря на такой срок, я по-прежнему очень сильно люблю свою жену и делаю все, чтобы получить ее одобрение, восторг и восхищение. Она мой главный цензор, критик, стимул.

Впервые с ней я почувствовал, что хочу заработать много денег и в достаточно короткий срок. В первый раз на это мотивировала меня именно она. Причем это очень правильная и хорошая мотивация. Ирина меня очень многому научила и мы до сих пор многому учимся друг у друга. И я бы сказал, что я — хороший семьянин.

VT: На твердую четверку или все же пятерку?

- Смотря как оценивать. Если рассматривать ситуацию с точки зрения баланса — между семейной жизнью и личными интересами (а они у меня имеются — друзья, творчество, хобби, социальная позиция и т. д.), то в этом плане я прекрасный семьянин и замечательный муж. Если пересмотреть этот баланс и сдвинуть акцент внимания на супругу и семью — теоретически это возможно — тогда я буду супермужем и суперсемьянином, но при этом я не буду самим собой. Я готов пожертвовать ради семья всем, но пока, слава Богу, жизнь складывается таким образом, что от меня таких жертв не требуется.

С семьей. Фото с Facebook

VT: Задам вопрос, который наверняка будет традиционным для всех героев рубрики «ЛГБвТ»: кто ты по жизни?

- Я — мечтатель. Синь очей утративший во мгле, эту жизнь живу я очень кстати, заодно с другими на земле… Я чуть перефразировал Есенина. Я - мечтатель. Не удивляйся, что я так быстро ответил. Я проходил однажды один тренинг, на котором нам говорили, чтобы мы отвечали на вопрос первое, что приходит на ум. Ты спросил — я ответил. Хотя вопрос очень сложный.

VT: И еще один, наверное тоже традиционный, вопрос: бусидо Алексея Бендзя?

- Мне тяжело высказать какие-то правила — так как это сделал Юра Дорохов. Я крещенный человек, но при этом я — агностик. Я не хожу в церковь и не читаю молитв, но тем не менее, предполагаю, что какая-то высшая сила может существовать. Мне в свое время очень пришлись вовремя и к делу буддистские истины. У меня была сложная ситуация в жизни, и ответы на вопросы, которые у меня были на тот момент, мне помог получить именно буддизм. А конкретно — учение о карме. Ну, например, что такое удача и можно ли удачу генерить? Я для себя нашел такой ответ:

достаточно быть праведным человеком — не воровать, не обманывать, не идти против себя, не нарушать свои личностные законы.

На самом деле все просто. Есть бинарная система — единица и ноль. Двоичный код. Да и нет. И у нас есть внутренние весы — у каждого человека. Крошка-сын к отцу пришел и спросила кроха: «Что такое хорошо и что такое плохо»? Вот про эти весы спросил кроха. Совершаем мы какой-либо поступок и оцениваем с личной точки зрения — хорошо это или плохо. Если хорошо — это идет в зачет, если плохо — то наоборот. И я для себя понял, что число хороших поступков должно превышать количество плохих. Я стараюсь вообще не совершать плохих поступков — даже мусор на улице не могу бросить. Еще одно правило: когда ты что-то делаешь, не нужно ждать чего-то взамен.

P.S. После интервью Алексей любезно пригласил меня в "берлогу" группы "Доллар 312" - посмотреть на репетицию. И даже разрешил снять небольшой ролик.


avatar
1
Интересное и живое интервью! Спасибо автору текста, что приоткрыл окно в жизнь Алексея!
Все описаное здесь прадва, без прикрас, я искренне горжусь тем, что могу называть его своим другом;)

avatar